Память великого благоверного князя Димитрия Донского в России отмечается большей частью через дни памяти церковного календаря. При этом масштаб личности князя и дела его правления не менее значимы для страны и народа, как широко празднуемые дни памяти великих правителей и полководцев, преподобных и святителей. А чем он особенно известен? Первый ответ почти любого человека будет — Куликовская битва, Мамаево побоище. Да, это великое дело, совершенное по благословению святого митрополита Московского Алексия и святого преподобного Сергия Радонежского, игумена земли Русской. Но дело разве только в победе в отдельной битве? Ведь она не решила кардинально вопрос избавления Руси от ига Золотой Орды? Но значение этой победы, как и сам акт противопоставления Руси как суверенного государства, а не вассальных земель татаро-монгольского грабежа, огромно. По словам известнейшего историка и этнографа Л.Н. Гумилева, на Куликово поле ушли князья и дружины удельных княжеств, а вернулся с поля брани русский народ.
Недаром, при том, что первым русским царем, официально коронованным на царство, считается Иван Грозный (хотя правление его отца Василия III, уже нередко отмечается как царствование, Дмитрий Донской не менее часто упоминается в источниках той поры как русский царь. В «Слове о житии Дмитрия Донского» (написанном в XV в.) его семь раз называют «царем» — беспрецедентный случай для русских князей того времени. Но и не только в наименовании дело. Князь стал «царем» не потому, что короновался, а потому, что действовал как царь: объединял земли, бросал вызов врагам и стремился к независимости. Его образ — это мост между эпохой зависимости и временами Московского царства, когда Русь окончательно перестала оглядываться на Орду.
Короткая и ярчайшая жизнь — всего 39 лет. Из них 30 лет правления, от доставшегося в наследство захудалого тогда Московского захолустья до многих объединенных удельных земель, от Великого Новгорода до Владимира и Рязани, — поистине начало централизованного государства. Это создало образ общерусского лидера, который действует не только как московский князь, но и как защитник всей Руси.
Символический разрыв с Ордой. После Куликовской битвы Дмитрий перестал автоматически признавать власть ханов. Даже после нашествия Тохтамыша и сожжения им Москвы он не поехал в Орду лично, отправив вместо себя сына, а в завещании прямо написал: «А переменит Бог Орду, дети мои не имут давать выхода». Это была первая открытая декларация возможной независимости. Именно при Дмитрии возникла идея, что русский князь может быть не просто «улусником» Орды, а самостоятельным государем. Его победа над Мамаем, политическая воля и поддержка церкви заложили основу для будущего объединения Руси и обретения ею полного суверенитета.
Церковная поддержка. Митрополит Алексей и Сергий Радонежский играли важную роль в укреплении власти Дмитрия. Церковь видела в нем защитника православия от «поганых», что сближало его образ с библейскими царями-победителями. Недаром царь ветхозаветный Давид был для князя образцом христианского правления. Но как Давиду не суждено было от Бога построить первый храм, так и князю не дано было окончательно закрепить централизацию земель русских вокруг Москвы. Слишком короткая жизнь. Святой Димитрий преставился ко Господу 19 мая 1389 года, был похоронен в Архангельском соборе Московского Кремля.
Во время оно (0)